Каждый раз, когда в Германии тестируют сирены, мой мозг предательски рисует одно и то же: гриб атомного взрыва и свистящие авиабомбы. Где-то рядом всплывает и сцена из «Терминатора-2» — как универсальный символ конца света.
Следом возникает образ «правильного спасения»: мощный бетонный бункер, герметичная дверь, фильтры, вентиляция, люди с сухпайками и радиосвязью.
И каждый раз появляется один и тот же вопрос: куда бежать?
Человек, который знал, где бункер
Пару лет назад мне случайно довелось познакомиться с пожилым немцем. По пути на языковые курсы я каждый день топал мимо его дома. Пройти мимо и не увидеть его было невозможно: почти всегда он был чем-то занят в придомовом садике. Сначала мы стали здороваться, потом и разговаривать. Я практиковал немецкий, а он, кажется, наконец нашёл собеседника.
Когда он узнал, что я из России, то сразу начал подробно рассказывать о своём детстве: о том, как во время Второй мировой войны они с мамой оказались в эвакуации, как прятались в бомбоубежище от авианалётов, как уезжали из Германии в Австрию на открытой платформе товарного поезда и как над ними всё время свистели и ревели самолёты.
Через несколько месяцев он предложил нам с супругой посетить могилу неизвестного русского солдата. Мы согласились — хотя предложение прозвучало неожиданно: человек, который в детстве спасался от авианалётов, звал нас к памятнику советскому солдату.
У мемориала, стоящего в отчаянно удалённом месте, лежали свежие цветы и горели свечи. Там же я увидел вход в бункер, в котором в детстве укрывался мой немецкий знакомый. С виду это была просто бесконечно длинная стена вдоль дороги, поросшая мхом и зеленью. Сначала я принял её за обычную земляную насыпь, но на деле это оказалось старое бомбоубежище.
Германия — страна закрытых бомбоубежищ
Насыщенное немецкое прошлое намекает, что этот бункер точно не единственный. В Рурской области — от Бохума до Дуйсбурга — до сих пор можно встретить так называемые Hochbunker: массивные бетонные сооружения с толстыми стенами и крошечными окнами. Они больше напоминают средневековые крепости, чем элементы гражданской инфраструктуры.
По всей Германии сохранились сотни подобных объектов — наследие Второй мировой и Холодной войн. Бомбоубежища предназначались для кратковременного укрытия населения, бункеры — для автономной защиты военного и командного состава.
Самый известный пример — бывший правительственный бункер ФРГ под Бонном. Он был рассчитан на автономное пребывание около 3000 человек сроком до месяца. Сегодня это музей — Dokumentationsstätte Regierungsbunker.
В 2007 году Германия официально отказалась от дальнейшего содержания бомбоубежищ как элемента гражданской обороны. Многие сооружения продали или перепрофилировали. Их сложно использовать для гражданских целей: плохая вентиляция, отсутствие окон, дорогая реконструкция. Тем не менее, часть бункеров получила вторую жизнь — в виде музеев, арт-пространств, складов и даже жилья.
Однако события последних лет вновь вернули вопрос гражданской защиты в повестку дня. Опыт пандемии COVID-19, а затем война между Россией и Украиной привели к росту интереса к частным и муниципальным убежищам.
Есть ли в Германии карты бомбоубежищ?
Короткий ответ — нет.
В Германии нет публичных карт действующих гражданских бомбоубежищ. Не потому, что это «строго засекречено», а потому, что таких укрытий фактически не существует: они не сертифицированы, не обслуживаются и официально признаны непригодными для использования населением.
Поэтому главный вопрос сегодня — не «где бункер», а что делать, когда бункера нет.
Бункер — это не место, а функция
Если отбросить бетон, любой бункер выполняет несколько базовых задач: изолирует от внешней среды, защищает от ударной волны и осколков, обеспечивает автономность и связь с внешним миром.
Часть этих функций можно воспроизвести и без настоящего бункера — не идеально, но достаточно, чтобы выиграть время.
Если зазвучала сирена: сначала понять
Первый импульс почти всегда один — бежать. Но именно он чаще всего создаёт дополнительные риски. Прежде чем что-то предпринимать, стоит на минуту остановиться и оценить обстановку: есть ли запах химии или густой дым, слышны ли громкоговорители, видна ли авария, пожар, шторм или признаки наводнения.
Сначала — информация. Потом — действия.
«Голоса», которые помогают сориентироваться
Сирена в Германии может означать разное. Протяжный вой с нарастанием и спадом громкости обычно служит предупреждением: нужно зайти внутрь и ждать указаний. Ровный непрерывный звук означает отбой. Короткие резкие сигналы днём, как правило, предназначены для добровольных пожарных и не связаны с гражданской тревогой.
Схемы могут отличаться от города к городу, поэтому важно ориентироваться на информацию своего городского округа.
В экстренной ситуации самым надёжным источником остаётся FM-радио на батарейках. Его дополняют официальные уведомления Cell Broadcast и приложения NINA и KATWARN. Если связи нет, стоит прислушиваться к городским громкоговорителям — и не искать сигнал у окна.
Квартира как замена бункеру
Когда настоящего бункера нет, его роль временно берёт на себя жильё.
При задымлении или химической опасности лучше укрыться во внутренней комнате без окон и выключить вентиляцию. При угрозе взрывной волны или летящего стекла — уйти в центр квартиры, к несущим стенам, ниже линии подоконников. Во время шторма действует та же логика.
Наводнение — отдельный случай: здесь важно подниматься выше и не пытаться переждать в подвале. Именно поэтому бункеры в таких ситуациях бесполезны.
«Куда бежать?» — только по команде
Если потребуется эвакуация, город укажет Sammelstellen — пункты сбора. Обычно это школы, спортзалы, Bürgerhäuser, пожарные депо или центры THW — Федерального агентства по технической помощи.
Идти туда нужно только после официальной команды. Лифтами пользоваться нельзя — только лестницы. В таких ситуациях особенно важно, чтобы соседи были в курсе, что рядом живут пожилые или маломобильные люди — тем, кому в экстренный момент может понадобиться дополнительная помощь.
Когда всё стихает
Если после сирены не появляется новых сообщений и затем звучит отбой, чаще всего это означает проверку системы. Ценность таких моментов не в самом сигнале, а в паузе после него: можно спокойно проверить, работает ли радио, заряжены ли устройства и актуальны ли контакты людей, которым смогут позвонить в экстренной ситуации. В реальности именно такая подготовка оказывается полезнее любой импровизации.
Вместо вывода
Идея бункера слишком долго была для нас образом спасения. На практике спасает не бетон, а порядок: умение закрыться, выждать, услышать инструкции и не мешать тем, кто работает. Германия давно живёт без гражданских бункеров — и именно поэтому учит не «куда бежать», а как действовать. В этой системе паника — самый слабый элемент. Всё остальное можно компенсировать.